Верх 

«Что доступно наблюдению,

то и расширяет кругозор и размышления».

Марк Аврелий

(Наблюдения выборки мужчин возрастной группы 20-37 лет)

В обывательском понимании быть мужчиной – значит не быть женщиной. Но как определить мужественность, если попытаться осмыслить проблему более детально?

Мужественность сегодня – это не столько прямолинейная храбрость, где нельзя «терять лица», сколько «внутренняя сила», даже некая гибкость, про которую сейчас стали говорить чаще. К факторам внутренней силы относят нравственные качества, сформированный стержень ответственности за себя и свою жизнь, и это сочетание порождает сильную, масштабную мужскую личность.

 

Факт 1.

У среднестатистического взрослого мужчины на 50% больше мышечной массы и на 50% меньше жира, чем у среднестатистической женщины.

 

Однако множество признаков указывает на то, что мужчины сегодня стремятся вернуть себе мужественность в самых явных, традиционных ее проявлениях. Стереотип «быть мужиком» известен во множестве вариаций, от грубых до наукообразных. Для примера можно сослаться, скажем, на формулу Дж. Плека, который обнаружил три фактора структуры ролевых норм: статуса (успешный профессионал), твердости (физическая сила и компетентность без эмоций), антиженственности (избегания женских моделей поведения). 

Ярким признаком указанной тенденциистановится поиск маскулинности – демонстрация свободы, доминирование, показная низкая чувствительность, рискованное поведение. Наверное, недаром в мире растет число закрытых для женщин мужских стихийных сообществ, где вырабатываются строгие негласные правила. Мужчины все чаще стремятся к поиску территории «фри-леди» – свободной от женщин. Кто-то из специалистов скажет, что это сюжет из детства, коренящийся  в разрыве с матерью, кто-то назовет это явление стремлением к сохранению мужской идентичности...

Факт 2.

Мозг взрослого мужчины на 10% больше, чем мозг женщины. Это связано с тем, что мозг требует больше нейронов, чтобы контролировать рост мышечной массы.         

Как бы там ни было, налицо стремление сохранить гендерные барьеры. И оно является не чем иным, как реакцией на эмансипацию женщин, победно шествующую по планете. И, добавим, – провоцирующую подавленное социальное самочувствие мужчин.

Навязчивое проникновение женщин в традиционно мужские профессиональные сферы (мне удалось найти только профессии шахтера, пожарника и печника, где женщины еще не «пометили территорию»; в спорте вообще не осталось ни одного мужского вида спорта. Такая тенденция порождает сложности мужской самоидентификации.

Факт 3.

В России на 100 новорожденных девочек рождаются около 107 мальчиков. 

Женщины сегодня легко получают 2–3 образования, расширяя свои социальные перспективы, на равных конкурируя с мужчинами, стремясь к высоким социальным ступеням. Эта эгалитарность (Д. Мацумото) статуса социальной позиции создает новую систему взглядов, новые поведенческие ориентиры. В нашей стране все еще существует половая дискриминация в области оплаты труда, но многие женщины мирятся с ней и продолжают «дышать в затылок» мужчинам…

 

Профессии все чаще требуют экономических знаний, знания иностранных языков, основ социологии и психологии, высоких коммуникативных навыков. Именно в этом и есть некий камень преткновения для достижения  мужской успешности. Ведь к мужскому стилю поведения психологи относят самоуверенность, решительность и предприимчивость, демонстрацию силы и выносливости. Но именно эти качества трудно соотносятся с требованиями профессиограммы в большей части занятости.

Гендерные различия не востребованы не только рынком труда, но и в других сферах. Самый популярный герой рекламы – метросексуал – следит за модой, одевается порой дороже и качественнее свой девушки, меняет прическу, аксессуары, гаджеты. Как реакция на сложившуюся ситуацию, наблюдается поляризация моделей поведения. Если на одном полюсе находится метросексуал, то на противоположном – агрессивный, брутальный альфа-самец, чаще всего оторванный от семьи, эмоций, привязанностей, стремящийся к объединению в мужские сообщества. К этому полюсу тяготеют лица, которые не находят удовлетворительного ответа на вопрос: «Где я могу проявить себя как мужчина?».

Факт 4.

Мужчины с бритыми головами воспринимаются на 2-3 см выше и на 13% сильнее, чем другие мужчины.

 

Сегодня доминирующий информационный фон и модные модели поведения не предлагают однозначного ответа. В отсутствиеориентиров в социополовом поведении сопутствующая ему общественная пассивность затягивает современных молодых людей в «вечное мальчишество» с беззаботной жизнью на просторах игромании. Амбивалентность требований социальной матрицы порождает модернизированный гендерный стереотип. Рисуя усредненный портрет современного молодого человека, исследователи отмечают, что это эгоцентрик без обязательств. Он живет сегодняшним днем, амбициозен, гонится за иллюзорным «статусом» и стремится иметь какое-нибудь хобби…

Поскольку авторитет социальных ориентиров утрачен, одной из ведущих черт мужчины остается неумение просить о поддержке. Это все чаще компенсируется бегством от личной ответственности и, образно выражаясь, – поиском «точки НЕМО» – самого одинокого места в мире в Тихом океане.

Чтобы выработать адаптацию к условиям окружающей среды, надо четко ощущать социальные влияния и свою роль в обществе. Здесь регуляторами социального поведения могут быть три определяющие ролевые модели: «защитник», «добытчик», «поисковик».

Современный анекдот про мужчин

Мужик 3D– дом, дерево, дети;

Мужик 3Б – бабки, баня, бабы;

Мужик 3Т – тапки, танки, телевизор

Для роли «защитника» все более или менее определено, как в военной иерархии: нужно понимать, где твой генерал. И здесь главный принцип – «жить, чтобы работать» – означает главную цель самостановления – выработать боевой характер, получить заслуги и признание. В воспитании детей основную нагрузку в семье несет мать, а отец чаще всего имеет отношение только к фактам будничных проявлений.

Интересно, что по итогам наблюдений, а также выборочной диагностики и опросников среди мужчин – клиентов Центра помощи семье и детям (ОПС) Василеостровского района за последние полгода не нашлось лиц, которых можно было бы отнести к категории «защитников».

Подавление профессиональных и социальных интересов проявляется у «добытчика».  Они стремятся активно воспроизводить социальный опыт, но испытывают бытовую дискриминацию в семье (подавляется мужская харизма и гасится эффективность этой роли). Быть успешным в такой ситуации сложно, так как она требует постоянного самоконтроля. Также человеку не хватает побуждения, мотивации ко всему спектру мужских проявлений. Причина – такая роль воспринимается как навязывание и вызывает протест, выражающийся, в том числе, в злоупотреблениях.

К «добытчикам» можно отнести до 60% наших клиентов. Следует сказать, что наши папы попадают здесь в плен упрощенных, ложных ценностей – «ловушку простой цели» («Кормлю же, что еще надо!»). Результатом становится минимальное личностное общение с домашними и пассивное участие в семейных делах.

«Поисковика» отличает стремление избежать ответственности перед ближайшим окружением. Для него характерен искаженный социальный опыт, который дезориентирует, способствуя выбору целей, не всегда важных для семьи. Оборотной стороной становится формальное, поверхностное исполнение семейных обязанностей. Культивируемые интересы не способствуют полноценному раскрытию отца, которого тяготит «ловушка ожидаемого долженствования или потребительства». Это «трудные» семьи с хаотичной отцовской властью, которых у нас на сопровождении до 30%.

Факт 5.

Уровень тестостерона у мужчин влияет на самоутверждение, на самоуверенность, на решительность, на агрессивность.

Наконец, 10% наших подопечных составляют «эгоцентрики»: это папы (отчимы), чаще всего даже не вписанные в свидетельство о рождении ребенка. Они не принимают участия в воспитании, считая, что «малыши ничего не понимают, пусть с ними мать и возится».

 

В ревизии собственных представлений о семейных ценностях у наших клиентов возникают сложности, так как у 90% опрошенных нарушен контакт с отцом с раннего детства. А нет личного примера – нет навыка, опыта и смелости для воспитания собственных детей. Могу отметить, что у наших пап Центра помощи семье (ОПС) 2/3 детей были ожидаемыми, 1/3 – желанными. Но эффект «положительного отцовства» (Т.С. Абрамова) познать им очень трудно – не хватает ни родительской компетентности, ни обременительного сочувствия и удовольствия от общения с ребенком – главных составляющих этого явления.

В условиях размытых общественных ориентиров, казалось бы, именно семья должна быть бастионом, сохраняющим традиционные ролевые модели. Однако уже приведенные примеры говорят, что здесь нередко закладываются личностные деформации.

Прежде всего, претерпевает изменения сам институт семьи. Это отдельная тема, но вкратце – интенсивно формируется современный тип семьи, где в течение рабочей недели супруги дистанцированы друг от друга и, встречаясь в выходные или праздники, знают друг о друге очень мало (крайний пример – экстерриториальные семьи: по типу моряка, вахтовых работников). А это, конечно, порождает недоразумения, конфликты, и как защиту, избегание – взаимодействия, межличностных отношений… Все реже семья имеет общий бюджет, что усложняет финансовое планирование; члены семьи набирают кредиты, о которых друг другу часто не говорят. Мужчина, лишенный возможности контролировать бюджет, чувствует себя ущемленным в одной из своих фундаментальных функций: жизнеобеспечении семьи. Возникает порочный круг взаимных обид…

 

Факт 6.

Высокие каблуки (подборы) начали носить мужчины в 1600 г. Позже женщины начали подражать, и тоже стали носить их, важно тогда было выглядеть более мужественно.

Но возьмем «условно-классическую» семью. Развитие и становление в многопоколенческой семье не помогают молодому мужчине примерять главенствующую роль. А как мы говорили выше, подчинение – женский стиль поведения. В семье из двух поколений подросток также зачастую не находит примеры, авторитеты, на которые мог бы опереться, – они отсутствуют или недостаточно убедительны (например, пьющий отец).

Формулируя критерии успешного отцовского поведения, ряд специалистов (И.В. Добряков, Е.А. Савенкова, В.С. Мухина) главные позиции отдали суммарной успешности семьи, активной социальной позиции, вектору развития недвижимости, навыкам продуктивного общения. Согласно этим ориентирам и результатам адаптированной диагностики, показатели наших (изучаемых) отцов имеют очень низкие значения, а значит, и низкие шансы на успешность. Отцовство как базовое жизненное предназначение должно способствовать самоизменению и личностному росту, а у наших сопровождаемых пап эта динамика отрицательная или в лучшем случае нейтральная.

Недостаточная реализация мужских функций и дома и на работе усугубляет чувство неудовлетворенности. Оно может выражаться в характерных поведенческих и соматических искажениях.

Так, у мужчины стресс должен усиливать способности к принятию решений, но, как показывает практика, реакция на стресс жесткая. Это чаще всего импульсивные реакции, за которые потом приходится расплачиваться. Мужчина, как правило, переживает состояние неудачи уединенно, стараясь замкнуться, тормозит осознание факторов неудачи, не вербализует ее, не разрешает себе анализ (может быть, лишь в кругу собутыльников). А если нет вербализации и рефлексии, – процесс переживается напряженно и болезненно. И, пытаясь справиться с неудачей самостоятельно, такой человек может вести себя антисоциально.

По мнению врачей, стрессы, неудовлетворенность жизнью усиливают количество заболеваний у мужчин по феминному типу – ожирение, давление, болезни сердца и суставов (как гормональные нарушения).

Наши наблюдения показывают, что свой «вклад» вносят фобии, которые можно отнести на счет неподобающей мужчинам восприимчивости. Например, они знают о высокой мужской смертности, что усиливает… социальные страхи и побуждает жить «на авось». В итоге не возникает устойчивой привязанности к семейным и общественным ценностям. И чаще всего это проявляется в равнодушном отношении к своему здоровью (часто это дорого или просто боятся).

Возникает и обратная ситуация – конфликт семейной и профессиональной ролей. Он может быть внутриличностным, а может проявляться в эксцессах на уровне семьи. Превосходство мужчин в силе порождает некоторую незаменимость их роли. Однако оно же, по-видимому, и увеличивает домашнее насилие со стороны мужчин. Этому нет оправданий, но, возможно, таким способом обидчик напоминает себе, что он мужчина.

Итак, добытые современной цивилизацией принципы равноправия дезориентируют мужчину, порождая конфликт черт женского и мужского стиля поведения. Вероятно, общество посчитало, что удобнее иметь «унисексуальную» модель индивида с совмещенным женским и мужским стилем поведения. 

Однако прогресс (если это прогресс) требует жертв – в частности, это полоролевой конфликт, который переживают мужчины. Невозможность самореализации ломает волю и чувства мужчины. На уровне социума проблема выражается в размывании традиционного понимания мужского и, так сказать, «потере позиции на рынке». Характерный штрих: одним из преобладающих требований рынка труда является запрос на покладистость исполнителя (И.С. Кон). Могу уверенно сказать, что ни один мужчина, находящийся у нас на сопровождении, этим качеством не обладает.

На уровне семьи неумение супругов грамотно разделить сферы лидерства нередко приводит к гендерному кризису мужчин. Как свидетельствует опыт работы с нашими клиентами-отцами, они болезненно воспринимают равноправие и «мстят», компенсируя свою «моральную капитуляцию» прежде всего алкоголем. Поэтому они не могут стать авторитетом для своих детей.

Таким образом, широкая «унисексуализация» не способствует ни личному счастью, ни экономическому процветанию, ни сохранению традиций, ни развитию патриотизма.

Как найти выход из сложившегося положения? В работе с клиентами, находящимися в кризисе, важно выявить качество реальных поведенческих проявлений, их социальную желанность на уровне хотя бы минимального признания (умный, успешный, может быть в чем-то образцом для детей), вычленить социальные намерения молодого мужчины через эффективность его социальных контактов и, главное, – обобщить его социальную принадлежность: кто же он в обществе, в чем его фундаментальная социальная позиция, где у него есть хотя бы элемент материальной независимости.

В литературе встречаются ориентиры для составления оптимистичного прогноза на будущее как средства переломить ситуацию. В общем виде их можно сформулировать как помощь клиенту в разграничении событийности прошлого и настоящего: ценность – только настоящее. Это поможет ему выработать собственную стратегию и тактику основ перспективного видения в будущем и выйти из гендерного кризиса.

автор: Лана Львова

 

Задать вопрос психологу. Записать на тренинг/консультацию.

Имя *
Please let us know your name.
Электронная почта *
Please let us know your email address.
Сообщение *
Please let us know your message.
Всё верно *
Неверный Ввод